А после того, как (Йусуф) снарядил их снаряжением [снабдил их продовольствием], то поместил чашу в поклаже своего брата [приказал своим помощникам подложить чашу для питья во вьюки Бенйамина], а потом возвестил возвеститель: «О караван! Вы ведь, однозначно, воры!»

А когда он снаряжал их снаряжением, то поместил чашу в ноше своего брата, а потом возвестил глашатай: "О караван! Вы ведь воры!"

Снабдив их провизией, он положил чашу в мешок своего брата. А затем глашатай закричал: «О караванщики! Вы - воры».

После того, как Йусуф хорошо их принял, снабдил их продовольствием, прибавив меру поклажи одного верблюда для брата, он приготовил их вьюки для отправления и приказал своим помощникам подложить чашу для питья во вьюки Бенйамина. Затем один из помощников Йусуфа провозгласил: "О караванщики! Поистине, вы - воры!"

Когда [Йусуф] распорядился снабдить их зерном, он наказал положить чашу в тюк своего брата [Вениамина], а после этого глашатай провозгласил: "О [люди] каравана! Вы, воистину, - воры".

Когда же он провизией снабдил их, Он в ношу брата кубок положил. И возгласил потом глашатай: "О вы, кто в этом караване! Ведь воры вы, наверняка!"

Когда же он велел им запасаться путевыми запасами, положил чашу из которой пил, в пожитки своего брата. Потом один из глашатаев возгласил: "Эй путешественники, вы - воры!"